Провинция Ольгин
Через пару дней, в четыре утра, я поднялся на борт турбовинтового ИЛа - чуда советской техники 1950-х годов. Моей целью была провинция Ольгин на востоке. После прокуренного полета нас приветствовала группа, исполнявшая мелодии сальсы. Другие пассажиры, туристы из Европы, разъехались на автобусах по гостиничным комплексам с собственными пляжами, якобы лучшими на всем острове, Я торговался на пыльной парковке за место рядом с водителем в старом джипе «Тойота», который ехал в Моат самый, наверное, грязный поселок на всем побережье.
За десять долларов - в три раза больше, чем заплатили пятеро кубинцев, уместившихся на заднем сиденье, - я три часа мог любоваться ландшафтом через лобовое стекло. Автомобиль карабкался на верхотуру Сьерра-дель-Кристаль - перед нами открывался пейзаж, практически нетронутый цивилизацией. Ручьи пронизывали затерянные пальмовые рощи, узкие долины сменяли даль. Четыре года назад один фермер обнаружил здесь млекопитающее, которое давно считалось вымершим, - щелезуб величиной с сурка.
По дороге я из внедорожника пересел на ретро-автомобиль, к бамперу которого был привязан визжащий поросенок. К обеду я добрался до Моа. На рикше я отправился на поиски подпольных активистов-экологов. Цепь у велосипеда постоянно срывалась, поэтому водителю приходилось крутить педали назад, чтобы надеть ее обратно. Таким глубоко символичным образом (нам даже кто-то крикнул вслед: «Это Куба!») мы ползли по главной улице Моа и добрались до скромного деревянного домишки, склонившегося над грязной бухтой, - пристанища Сильверио Эрреры.
У 55-летнего, измученного астмой фотографа как-раз был гость; Франсиско Эрнандес, 36 лет, тоже активный участник экологического движения. Эти двое как раз и были этим движением, У них нет даже телефона, но тем не менее их не оставляют в покое и постоянно арестовывают.
Модный женский журнал поведает обо всех секретах настоящего счастья. Читайте в режиме онлайн занимательные рубрики на www.ladyok.ru.